Она смотрела в глаза, а ему хотелось разрыдаться.
Она сейчас такая на себя не похожая, с нахмуренными бровями и проеденными болью глазами. Он молча сидел и слушал, а она всё говорила и говорила. В паузах между фразами она опускала глаза, чуть прикусывала напомаженные губы и тяжело вздыхала. Потом снова поднимала взгляд уставших от ночных слёз и компьютера синих глаз и продолжала. Каждое слово как стеком по хрупкому телу: как будто он такой бесчувственный, без совести, сострадания, понимания.
- Да и хочешь ли ты вообще понимать? Я не уверена. Это, знаешь, такое чертовски странное чувство. Когда сидишь на диване и не веришь себе: своим глазам, своим ушам, своим рукам.. Не веришь, что вот сейчас ты можешь протянуть руку и коснуться его. Вот просто взять - и дотронуться до родного и до безумно любимого плеча. Чертовски странное чувство. Касаешься губами губ и не можешь насытиться. Слышишь этот голос где-то глубже, чем в сердце - и дыхание перехватывает. Ты знаешь, а мне даже на душе спокойней, когда я знаю, что ещё совсем недавно он сжимал меня в объятьях, а теперь спит на соседнем диване, мило посапывая.
Она опустила глаза, чуть прикусила губу, слегка улыбнулась, а затем продолжила.
- Ты знаешь, я ведь всегда ненавидела утро. Когда просыпаешься и чувствуешь такую тяжесть, такую усталость, что каждый день тебе противен. А тут открываешь глаза, и несколько минут приходишь в себя, осознавая, был ли вчерашний день реальным. Ты рывком встаёшь в кровати и поворачиваешь голову вправо. Вот он, спит. Знаешь, я бы наверное всё отдала, чтобы только с каждым восходом круглого светилы шептать ему в ухо: "Доброе утро". Готовить ему завтрак... Мы ведь спорим, постоянно, понимаешь? Всегда. Но мне это до жути нравится. Потому что когда он, разбуженный моим поцелуем и ещё не до конца проснувшийся, недовольно бурчит и просит сделать ему кофе, я знаю, что он знает, что я у него есть. И утренний запах его сигарет.. Мне так нравится.
Она снова улыбнулась, проглотила ком слёз, подступивший к горлу и снова посмотрела собеседнику его в немного отстранённые, пропитанные горечью глаза.
- А потом это так любимое мной время заканчивается, и наступает день. Идёшь с ним рядом, держишь за руку и чувствуешь, как от счастья перехватывает дыхание. И хочется сжать эту руку ещё сильнее, настолько сильно, чтобы никогда не посметь больше отпустить. Ты идёшь и можешь даже не слушать, что он говорит, о чём рассказывает, но каждая нотка голоса эхом отдаётся где-то в душе, даже в самой её глубине, где, казалось бы, ничего и нет вовсе. А потом... - она на несколько секунд замолчала, - А потом вечер. И ты, наверное, ещё не до конца всё понимаешь, хоть это и не в первой. Такой неуклюжий последний поцелуй в губы. "Ещё увидимся", - он всегда так говорит.
Хах, как бы мне не расплакаться.. так вот, ты отпускаешь его руку, и что-то весомое ухает вниз у тебя где-то в области желудка. Мозг ещё не воспринимает информацию, но душа всё чувствует. И даже заранее начинает скучать, чтобы потом было легче. Но и это не помогает. И вот ты сидишь в своей пустой комнате на диване, в тишине, в темноте - и просто в голове не укладывается: ты больше не сможешь к нему прикоснуться. Он вдруг в одно мгновение превратился во что-то сотканное из остатков счастья, запаха сигарет на руках и воздуха, такого летнего и родного. Ты знаешь, как это страшно? Думать иной раз о том, что, может быть, у тебя больше и не будет этой возможности: чувствовать его. Нет, нет, нет.. - Она замотала головой, - тебе никогда этого не понять. Ты ведь можешь в любое время приехать к любимой и просто взять её за руку. Когда захочешь. За руку. Хах, так просто..."
Она замолчала. Он тоже не смел произнести ни слова. К чему они? Тут чувствовать надо. Она подогнула ногу под себя и удобней уселась на деревянной скамейке. Взгляд печальных, уставших, мокрых глаз был опущен в серый асфальт. Но несмотря на это, в них всё равно отражалась яркая осенняя листва.
Не поднимая головы, она вдруг сказала: "Ты знаешь, иногда мне просто не хватает воздуха, когда я лежу в кровати под тёплым одеялом. И так холодно. Наверно, поэтому мне просто необходимо знать, что кто-то рядом. И так хочется заполнить это одиночество, эту пустоту яркой мишурой, как у тебя. - Она улыбнулась. - И знаешь, я тебе всё-таки завидую. Ты можешь прикасаться к ней, когда захочешь.. Это ли не истинное счастье?.. И ты не поймёшь, пока не почувствуешь.."
Она замолчала, выдыхая морозный ночной воздух и повела плечами от, пробежавших по спине, мурашек.
- Замёрзла, Кошка. Давай, провожу тебя до дома. - Он потянулся, чтобы накинуть ей свою куртку на плечи неловким жестом. Словно разрядом электричества ее пробила дрожь от этого касания. В глазах промелькнула ярость и..что-то ещё, понятное только ей.
- Спасибо, что выслушал. На этом всё. Прощай.
Они оба знали, что последует за этим..
Она снова улыбнулась, проглотила ком слёз, подступивший к горлу и снова посмотрела собеседнику его в немного отстранённые, пропитанные горечью глаза.
- А потом это так любимое мной время заканчивается, и наступает день. Идёшь с ним рядом, держишь за руку и чувствуешь, как от счастья перехватывает дыхание. И хочется сжать эту руку ещё сильнее, настолько сильно, чтобы никогда не посметь больше отпустить. Ты идёшь и можешь даже не слушать, что он говорит, о чём рассказывает, но каждая нотка голоса эхом отдаётся где-то в душе, даже в самой её глубине, где, казалось бы, ничего и нет вовсе. А потом... - она на несколько секунд замолчала, - А потом вечер. И ты, наверное, ещё не до конца всё понимаешь, хоть это и не в первой. Такой неуклюжий последний поцелуй в губы. "Ещё увидимся", - он всегда так говорит.
Хах, как бы мне не расплакаться.. так вот, ты отпускаешь его руку, и что-то весомое ухает вниз у тебя где-то в области желудка. Мозг ещё не воспринимает информацию, но душа всё чувствует. И даже заранее начинает скучать, чтобы потом было легче. Но и это не помогает. И вот ты сидишь в своей пустой комнате на диване, в тишине, в темноте - и просто в голове не укладывается: ты больше не сможешь к нему прикоснуться. Он вдруг в одно мгновение превратился во что-то сотканное из остатков счастья, запаха сигарет на руках и воздуха, такого летнего и родного. Ты знаешь, как это страшно? Думать иной раз о том, что, может быть, у тебя больше и не будет этой возможности: чувствовать его. Нет, нет, нет.. - Она замотала головой, - тебе никогда этого не понять. Ты ведь можешь в любое время приехать к любимой и просто взять её за руку. Когда захочешь. За руку. Хах, так просто..."
Она замолчала. Он тоже не смел произнести ни слова. К чему они? Тут чувствовать надо. Она подогнула ногу под себя и удобней уселась на деревянной скамейке. Взгляд печальных, уставших, мокрых глаз был опущен в серый асфальт. Но несмотря на это, в них всё равно отражалась яркая осенняя листва.
Не поднимая головы, она вдруг сказала: "Ты знаешь, иногда мне просто не хватает воздуха, когда я лежу в кровати под тёплым одеялом. И так холодно. Наверно, поэтому мне просто необходимо знать, что кто-то рядом. И так хочется заполнить это одиночество, эту пустоту яркой мишурой, как у тебя. - Она улыбнулась. - И знаешь, я тебе всё-таки завидую. Ты можешь прикасаться к ней, когда захочешь.. Это ли не истинное счастье?.. И ты не поймёшь, пока не почувствуешь.."
Она замолчала, выдыхая морозный ночной воздух и повела плечами от, пробежавших по спине, мурашек.
- Замёрзла, Кошка. Давай, провожу тебя до дома. - Он потянулся, чтобы накинуть ей свою куртку на плечи неловким жестом. Словно разрядом электричества ее пробила дрожь от этого касания. В глазах промелькнула ярость и..что-то ещё, понятное только ей.
- Спасибо, что выслушал. На этом всё. Прощай.
Они оба знали, что последует за этим..
Комментариев нет:
Отправить комментарий